Происхождения честных Древ

Происхождения честных Древ

Здесь «русские пригожайки» и цыгане, развлекавшие публику в Кускове и на строгановском празднике в Петербурге, встают в весьма представительный ряд «самоедов, киргизов, малороссов», выступавших на придворных каруселях, и других многочисленных «народов России», запечатленных на гравюрах этнографических опусов и в фарфоровых куклах той поры.

Очевидно, что праздники XVIII века служат сакрализации ценностей новой российской культуры, их пропаганде, вживлению в сознание людей и силою пусть только на уровне праздничного действа состоявшегося факта в исторические реалии своего времени.

Здесь важно обратить внимание на один существенный и специфический для русской культуры момент - светскость была в России XVIII века еще весьма новым и отчасти чужеродным явлением, практически насильно вызванным к жизни петровскими преобразованиями. В новых светских праздниках той поры гораздо более, чем в аналогичных торжествах где бы то ни было в Европе, сохраняется характерный для традиционной культуры сакральный элемент. Светские праздничные затеи приобретают вес ритуальной формы. Поэтому они так естественно замещают традиционные для национальной культуры обрядовые формы или же смешиваются с ними, придавая традиционным празднествам, в том числе и культовым, если не новый смысл, то новый вид. Показательный пример тому - уже рассмотренный нами праздник Происхождения честных Древ в Кускове.

В отличие от старых чинов типа стольника или кравчего традиционные русские праздники никто не упразднял, да и вряд ли бы смог. Они соседствовали со вновь введенными торжественными датами, чем в немалой степени обусловливалось поражавшее иностранцев обилие торжеств, отмечаемых в России XVIII века. Граф де Сепор, французский посланник при дворе Екатерины II, писал: «Слишком частые и неизбежные празднества не только при дворе, но и в обществе показались мне слишком пышными и утомительными.

26.04.2017