Обширность лингвистического пала

Время. Место. Действие. И действующие лица, люди пожара.

«Пожарный - служитель пожарной команды; пожарный староста - кому в деревне или городе поручен от обывателей надзор за пожарными снарядами.

Пожарщик - стар, погорелый, погорелец».

С зеваками все ясно. А вот кто такие «пожарники»? В Словаре этого слова, известного ныне по усатому рыже-красному с черной головой жуку, нет. Есть «пожар-ница», которую скородумы примут за женщину-пожарного. На самом деле слово это означало «мглу с горелью, от лесных и степных палов, смрадный воздух»... Впрочем, что там пожарница! Сегодня мало кто чувствует разницу между «пожарным» и «пожарником». Между тем она была принципиальной, особенно в Москве - пожарной столице России. Но прежде обозначу еще одно «пожарище» - в топонимике и ономастике, названиях и прозваниях.

Обширность этого лингвистического пала известна. Напомню лишь один ономастический ряд: Горелов, Погорелое, Погорельский (Погоржельский), Пожарский. С какими-нибудь Паликами или Палихами можно и обжечься: по Далю, скажем, налиха (паленка) - владимирское название пресной подпаленной лепешки, а палиха - к недоумению самого Владимира Ивановича, поставившего знак вопроса, - по-смоленски ненастье, мокропогодье, дождь со снегом... Отблески древнего зарева угадываются в Палехе (красное с золотом - по угольно-черному). А вот приплетать сюда повсеместно излюбленное сокращение «Пал Палыч», пожалуй, излишне. Зато райцентр Погар на Брянщине с сигаретно-сигарным комбинатом - это уже почти плакат.

Вернемся, однако, к безусловному. К тонкому старомосковскому различию «пожарных» и «пожарников».

Вот что писал о «пожарниках» В. А. Гиляровский. «В Москве с давних пор это слово было ходовым, но имело совсем другое значение: так назывались особого рода нищие, являвшиеся в Москву на зимний сезон вместе со своими господами... Помещики приезжали в столицу проживать свои доходы с имений, а их крепостные - добывать деньги, часть которых шла на оброк...

28.04.2017