Охват и истребление огнем строения

«Запах XX века - звук», - сказал как-то Борис Слуцкий. Вслушиваясь в шум отлетающего в прошлое тысячелетия, отчетливо чуешь: в воздухе пахнет паленым. Взглянешь на телеэкран - там тоже «море огня», пожары, пожары... а если точнее, то прямо по Алексею Ремизову. Вспоминая свое московское детство, он записал: «Зрелища: крестные ходы, пожары, уличная драка и случайный утопленник на Яузе». Тоже конец века, но только прошлого, девятнадцатого.

«Пожар - охват и истребление огнем строения, или вообще чего-либо горючего, но в таких размерах, что огонь берет верх над усилиями человека». Это «но» довольно неожиданно. Не всякое вообще «возгорание», а только победное. Пожар - беда и победа. Человек - мера пожара, его сотворец (виновник, жертва, участник, наблюдатель, летописец). Без него - просто физический процесс горения, огонь, дым, гарь, грязь, вонь. С человеком - «пожар!». Тревога, действие, противодействие, развитие огненной драмы. Восприятие, реакции, действия, переживания - вот что придает «возгоранию» масштаб, форму, интригу, драматизм, действенность, зрелищностъ.

Зрелище - всегда для кого-то. Пожар собирал зевак с легкостью, и «как на пожар» мчались к месту пожара не только по долгу службы, дружбы, сострадания, но и по страсти-любви.

В. Даль дал впечатляющую панораму палевой культуры России, цвет и запах которой сгустился в семантических гнездах, полях, палях русского языка. Духовное пространство русской жизни опалено-обуглено извечно и навеки. Тут бушевали не только пламена страстей, пылали не одни костры душ и угли-сердца в отверзтых грудях пророков и поэтов. Вероятно, нигде древний ужас-восторг пред всепобеждающим, с небес павшим огнем не пронизал с подобной силою историю народа и страны, становление и развитие нации, государства, менталитета, культуры.

18.08.2017