Опыты Шарля Омона

Опыты Шарля Омона - одна из красочных иллюстраций путей сближения эстрады и театра, давших свои плоды в виде, с одной стороны, помпезных форм мюзик-холльных представлений, а, с другой стороны, в виде изысканных театров-кабаре и театров миниатюр серебряного века.

Отец Иоанн Кронштадтский называл театр «капищем дьявола», имея в виду современный ему театр (включая сюда оперетту и кафе-шантаны), который за единичным исключением служит местом «зрелищу», а не искусству. Комментируя это высказывание церковного авторитета, А. Шевелев заметил, что «самый худший из балаганов» куда чище «интеллигентских увеселений». Пока «мы сами для себя не сумеем создать истинно-художественного театра - до тех пор мы не имеем права и мечтать о театре для народа». Эти слова были произнесены в конце XIX века, когда народный театр (фабричные, крестьянские, солдатские драмкружки, театр для народа) стал темой дня, а интеллигент-любитель, отправившийся в народ с идеей театрального просвещения, - его антигероем. Тем временем театры попечительств о народной трезвости окончательно вытеснили сходившие на нет балаганы. Но балаганная эстетика (например, у А. Я. Алексеева-Яковлева в постановках Народного Дома) во многом была адаптирована к задачам новых зрелищных предприятий, и А. Шевелев был неточен в своих наблюдениях.

Культуртрегерам казалось, что с помощью народного театра массы войдут в пространство «высокой» культуры, тогда как на самом деле они - эти театры и гулянья в народных садах - позволяли прислуге, приказчикам, фабричным рабочим, уличным торговцам, артельщикам и мастеровым, прачкам и прочим мигрантам войти в городскую культуру. Немного, но и немало для выходцев из деревни, составляющих подавляющее большинство посетителей городских народных увеселений. Если раньше балаганы устраивались на Рождество и масленицу, то отныне был создан круглогодичный ритм досуговых развлечений как составной части городской (рабочей) субкультуры.

28.04.2017