Казенный характер заседаний «Беседы»

Арзам пародировали казенный характер заседаний «Беседы», на которые публика являлась в мундирах и бальных платьях, что и понятно, так как беседчики организовывались по типу Государственного Совета, разделившись на четыре разряда с председателем и пятью членами в каждом. Кружок писателей «Современника» на эпоху цензурных гонений, грянувшую в 1848 году, отреагировал среди прочего тем, что увлекся пресмешными похождениями, превращая, к примеру, в веселый ритуал акт дегустации самогона, а также пародиями и прочими литературными шалостями, часть которых нашла отражение на страницах журнала.

В домашнем творчестве, впрочем, не обходилось без курьезов. В книге «Мелочи из запаса моей памяти» М. А. Дмитриев рассказывает об одном помещике Пензенской губернии Струйском, «великом почитателе и подражателе Сумарокова»: «У него дома, на самом верху, был воздвигнут Парнас, на котором стоял столик; он всходил туда и писал стихи, и не иначе писал их, как на Парнасе... Туда являлся к нему староста; он, с высоты

Парнаса, выслушивал его донесения, отдавая приказания по хозяйству».

Были в России подражатели на другом Парнасе - перенесенном на казенную квартиру, как это делал Козьма Прутков, на что он указывал в стихотворении «Предсмертное»:

Прости,

Пробирная палатка,

Где я снискал высокий чин.

Где музы не отверг объятий

Среди мне вверенных занятий.

Насколько смешным выглядит Парнас в сельской усадьбе, настолько комичен он в казенной палатке, где его воздвигли «опекуны» Пруткова, метившие в процветавшее тогда «совместительство»: Кукольник заверял, что по приказу императора готов стать акушером; граф Клейнмихель, чей герб украшал ставший прутковским девиз «Усердие все превозмогает», возглавляя Медико-хирургическую академию, строил железную дорогу и при этом являлся бледной копией Николая I.

22.07.2017