В елизаветинское время

В елизаветинское время

Излишне говорить, что в деле изготовления настольных украшений из фарфора первенствовал, конечно же, Майсен. Наглядное представление о разнообразии тамошнего «настольного ассортимента», существовавшему уже в первой половине века, дает «Инвентарь кондитерской графа Брюля», всемогущего кабинет-министра и оберляй-тера Саксонии. Руководство майсенской мануфактурой входило в число его должностей. На практике, как пишут очевидцы, фабрика была им передоверена своему кондитеру Лашапелю. Последний не преминул этим воспользоватеся. Результатом стали «четыре церкви, два монастыря, три китайских башни, пятьдесят одна горная долина, тринадцать деревянных изб, пять замков, тринадцать конюшен, двадцать одна парковыя ниша, сорок восемь пирамид, шесть гандол, три голубятни, одна мельница», а также скалы, гроты, алтари, постаменты, колонны, капители, беседки, пальмы, клумбы. Все это венчал огромный фарфоровый храм из 264 деталей (в их числе 74 аллегорические фигуры) и две монументальные настольные группы «Каскад» и «Парнас». Список весьма впечатляющий.

К нему можно присовокупить «бассейны и прочие сооружения для водных искусств», а также многочисленные фарфоровые пладеменажи. Один из них, едва ли не самый большой и нарядный, предназначался для России. Речь идет о пладеменаже столового сервиза фельдмаршала Миниха 1730-х годов, который можно было увидеть в Москве на выставке «Искусство в Берлине за 300 лет» (2 сентября-20 октября 1988 г.).

В елизаветинское время саксонские фигуративные настольные украшения при русском дворе уже были в порядке вещей. Здесь можно вспомнить не только большой комплект белой глазурованной пластики, полученный в 1745 году вместе с Андреевским сервизом, присланным в подарок новой русской императрице от «короля польского», но и специально заказанные ею впоследствии еще три пластические серии и «Парнас» (собрание ГЭ).

26.06.2017