Санкт-Петербургские ведомости

Санкт-Петербургские ведомости

А вот мнение об императрице женщины, леди Рондо, видевшейся с ней частенько запросто: «Она почти моего роста, чрезвычайно полна, но несмотря на это хорошо сложена и движения ее свободны и ловки. Она смугла, волосы ее черные, а глаза темно-голубые; во взгляде есть что-то царственное, поражающее с первого взгляда».

Н. Б. Долгорукая (урожденная Шереметева), судьба которой так круто изменилась с восшествием на престол Анны Иоанновны, имела все основания видеть в ее внешности иные черты: «Престрашного была взору. Отвратное лицо имела. Так велика была, когда между кавалерами идет, всех головою выше и чрезвычайно толста».

Миних-сын, спустя почти два десятилетия после смерти государыни, запечатлел ее портрет таким: «Станом была она велика и взрачна. Недостаток в красоте был награждаем благородным и величественным лицерасположением. Она имела большие карие и острые глаза, нос немного продолговатый, приятные уста и хорошие зубы. Волосы на голове были темные, лицо рябоватое и голос сильный и пронзительный. Сложением тела она была крепка и могла сносить многие удручения».

Мы собрали здесь полуофициальные сообщения о времяпрепровождении императрицы в кругу придворных, публиковавшиеся когда-то на протяжении всего этого десятилетия в газете «Санкт-Петербургские ведомости» и «Камер-фурьерском журнале», а также документы частного характера: письма самой Анны Иоанновны и ответы ее адресатов, рассказы очевидцев о забавах царицы.

Перед нами предстает царица-баба, в чем-то «бой-баба», в ней проглядывает даже что-то былинное: она могуча сложением, как глыба северного валуна; в ней сильны затаенные и нерастраченные страсти, и она порой непредсказуема в своих желаниях и реакциях, как дремучий бор, таящий на каждом шагу неизведанное; она широка и в доброте, и в злобе, как раздольные реки, разливающиеся от половодья; она хитра и коварна, как весенний лед на этих реках.

22.10.2017