Свободные деньги

Первые стали меня ознакомливать с чудным устроением всего света и со всеми красотами природы. ...Книжки сии были власно как фитилем, воспламенившим гнездившуюся в сердце моем и до того самому мне неизвестную охоту ко всем физическим и другим так называемым естественным наукам».

Одновременно под влиянием такого рода чтения в Болотове, по его собственному признанию, пробудился также живой интерес и к «пиитическим сочинениям». Страсть к чтению была настолько сильна, что Болотов не пропускал в то время ни одного книжного аукциона, проводившегося в Кенигсберге. Кроме того, оп стал завсегдатаем местных книжных лавок и постояп-ньга заказчиком у переплетчика. Все свои свободные деньги Болотов тратил на книги.

В воспоминаниях, относящихся к 1760 г., Болотов пишет: «...Начала... формироваться у меня порядочная библиотека, и было у меня книг уже под сотепку и более». В записях, посвященных 1761 г., читаем: «Что касается до моих книг, то число их... увеличилось в сей год несравненно больше и так, что собрание мое могло уже назваться библиотекою, и сделалось для меня первейшею драгоценностью в свете».

Итак, к началу 1760-х гг. Болотов окончательно осознал, что оп «рожден был не для войны, а для наук». Намереваясь подать в отставку и вернуться на родину, оп в первую очередь заботился о том, как доставить из Кенигсберга в Россию свою библиотеку. А книг у пего, как он сам пишет, был «целый воз». В 1761 г. ему удалось познакомиться с одним из русских «судовщиков», поставлявших в Кенигсберг провиант, и тот по просьбе Болотова перевез в Петербург на своем галиоте его книги, уложенные трех сундуках. Вскоре Болотов возвратился вслед за своими книгами в Россию и, получив отставку, вместе с ними отправился в деревню, где он провел в трудах долгие годы.

О книгах, доставленных в 1761 г. из Кепигсберга в Петербург, а затем в деревню, Болотов пишет: «Он послужили мне потом основанием всей моей библиотеке и принесли мне не только множество невинных удовольствий, по и великую пользу».

11.12.2017