Логика обличения

В «Отрывке путешествия...» реализуется настойчивое стремление к изображению жизненного факта («Истина пером моим руководствует!»), абстрактно-классицистическое обобщение и реакция чувствительного путешественника, хотя и не достигшие органического сплава, подчинены единой цели - защите порабощенного крестьянства. Логика обличения злоупотреблений крепостным правом требовала от Новикова-издателя не ограничиваться показом только жертв этого гнета, но и разоблачить в живой, конкретной форме виновников крестьянской каторги. Таким произведением в «Живописце» был цикл, условно названный «Письма Фалалею». В нем действуют не безликие Безрассуды и Недоумы, а живые, колоритные фигуры поместных дворян. Связанные между собой семейными узами, они во многом явились предшественниками семейства Простаковых Скотининых из «Недоросля». Как и их «потомки», они нещадно эксплуатируют и обирают своих крестьян («Я, кажется, и так не плошаю, да что ты изволишь сделать: пять дней ходят они на мою работу, да много ли в пять дней сделают: секу их нещадно, а все прибыли нет; год от году все больше мужики нищают», - пишет сыну Трифон Панкратьевич). С едкой и злой иронией дано автором «разделение» труда (по Трифону Панкратьевичу) между дворянами и крестьянами: «Они на нас работают, а мы их сечем, ежели станут лениться, так мы и равны».

Авторы писем разоблачают себя сами своими поступками и мыслями, здесь не требуются авторские пояснения. Красочен и сочен язык персонажей. В нем сочетаются просторечие, пословицы с церковнославянской лексикой, используемой для сатирического осмеяния. Существенную роль играет прием «зоологизации». Так, дядя Фалалея Ермолай Трифонович, сообщая своему племяннику о смерти его матери и о реакции его отца, пишет: «Отец твой, сказывают, воет, как корова. У нас всегда бывает так: которая корова умерла, так та и к удою была добра. Как Сидоровна была жива, так твой отец бивал ее, как свинью, а как умерла, так плачет как будто по любимой лошади».

20.10.2017