Вторая сатира

Кантемир обрушивается на представителей церковной и светской реакции, пытавшихся после смерти Петра I вернуть Россию к дореформенным порядкам. В многоголосом хоре «хулителей» (ругателей) науки объединились Критон «с четками в руках», «безмозглый церковник», епископ, «в карете раздувшися»; судья, бранящий тех, «кто просит с пустыми руками»; грубый, помещик Силван, румяный гуляка Лука и «новоманированиый» щеголь Медор.

Из портретных зарисовок носителей невежества, врагов просвещения складывается значительная и опасная социально очерченная сила, которая стремилась ликвидировать петровские завоевания. Это устрашающий союз «единомышленников», облеченных и церковной, и административной властью:

Вторая сатира посвящена защите петровской «Табели о рангах», идее физического равенства людей и внесословной ценности человека. В отличие от первой сатиры, в основе которой - способ «портретной галереи», вторая строится в форме диалога, точнее спора между носителями двух враждебных друг другу «идеологий».

Дворянин Евгений (в переводе на русский – благородно рожденный) гордится заслугами своих предков. Ему обидно, что теперь, «на высокую ступень вспрыгнувши», блистает тот, кто «не все еще стер с грубых рук мозоли», «кто недавно продавал в рядах мешок соли», «кто с подовым горшком истер плечи». А он, «славны предки имев», оказался «забытым», на последнем месте. Однако с точки зрения Филарета (в переводе - любителя добродетели), высказывавшего в этой сатире взгляды автора, притязания Евгения ничем не обоснованы. Для Филарета (и для Кантемира) «разнится - потомком быть предков благородных, или благородным быть».

Гневом и болью наполнены слова Филарета, обращенные к бездушному, жестокому помещику:

22.11.2017