Становление истории как науки

Автор одного из сочинений по хронологии, помещенного в рукописном сборнике XVIII в., признававший, что «несогласие» дат в различных источниках (русские хронографы, сочинения античных авторов, книги Священного писания) «искусны разсмотрители в согласие приводят», не замалчивающий и того факта, что «в самых божественного писания библиях несогласно обретается лето числения», в результате своих наблюдений все же приходит к скептическому выводу о бессилии человеческого разума разобраться в «лавиринте» хронологии и истории, ссылаясь опять-таки на Библию: «Несть ваша разумети времена и лета, яже отец положил в своей власти».

Подобные взгляды были вполне естественными для той эпохи, когда все больше развивались зачатки научности в историческом изучении, но до преодоления средневековых представлений о мире и человеке было еще далеко. Процесс становления истории, как науки был сложным и противоречивым.

Становление истории как науки может рассматриваться в двух аспектах: как формы общественного сознания и как социального института. Иными словами, речь идет о достижении качественно нового уровня осмысления прошлого, а также об облечении научной деятельности в определенные формы социальной организации.

И в том и в другом аспекте для возникновения русской исторической науки значительным этапом была вторая четверть XVIII в., когда была создана и начала свою деятельность Академия наук.

Большинство историков, трудившихся в стенах Академии в первые годы ее существования, были иностранцами. Были среди них люди, которых влекли в Россию научные интересы, но некоторые преследовали корыстные цели. Встречались у иностранных ученых и превратные представления о России, уровне развития ее культуры. Все это создавало не так легко преодолимый барьер между иностранцами и русскими учеными, препятствовало созданию подлинно научной атмосферы в Академии.

30.04.2017