Поиски и открытия

Поиски и открытия

С этого времени Московский и Петербургский воспитательные дома, как и оспенные дома, стали центрами по распространению вакцинации. Отсюда «оспенную материю» рассылали в губернии. В 1801 г. вакцинацию применили на Урале и в Западной Сибири (главный лекарь С. И. Шангин на Колывано-Воскресенских заводах Урала и штаб-лекарь М. И. Шеваньгин на Змеиногорском руднике). В конце XVIII - начале XIX в. оспопрививание в России получило дальнейшее развитие в городах и горнозаводских районах, однако значительная часть населения, и прежде всего крестьянство, не была им охвачена.

Поиски и открытия русских врачей в области эпидемиологии в ряде случаев опережали научные представления, господствовавшие в западноевропейской медицине. В этом убедился Д. С. Самойлович во время пребывания за границей, куда он был послан в 1776- 1785 гг. для продолжения медицинского образования и получения докторского звания. О достижениях русской медицины в борьбе с чумой здесь ничего не знали, а о русских врачах «ходили самые гнусные представления», источником которых явилось сочинение австрийца К. Мертенса, написавшего книгу о московской чуме 1771 - 1773 гг. Это побудило Д. С. Самойловича написать свое «Рассуждение о чуме...», за которое он был избран почетным членом Дижонской, а затем еще одиннадцати западноевропейских академий. Получив известность в странах Западной Европы, которой он добивался «с единственной целью - проложить путь моим соотечественникам», Самойлович не был признан на родине, где нашлись противники избрания его в академики, действовавшие из псевдонаучных соображений или из корыстных побуждений. Вместе с тем его открытия были широко использованы во врачебной практике и при составлении карантинных уставов.

Успехи русских медиков в области эпидемиологии имели большое практическое значение.

25.05.2017